Охотничьи рассказы Таежные тропы. глухаря, попили горячего

Сжился с ними…

Едва-едва забрезжило, а мы уже идем тайгой, пробираясь к верховьям речки Карыш. Там стоит одна из охотничьих избушек моего проводника Григория Матвеевича Баранцева — известного промысловика, обладателя и воспитателя именитых во всем районе лаек.

Собаки издавна умчались вперед, скрылись из глаз. Тишина… Лишь только пощелкивает под ногами затвердевший наст, поскрипывают ружейные ремни. С восходом солнца мороз крепнет. Останавливаясь закурить, Григорий Матвеевич недовольно осматривается. Досадует:

— Порежут лапы собаки на снеговой корке… Нужно бы переждать. Может, потеплеет. —

И сразу настораживается.

— Что случилось, Григорий Матвеевич?

— Верный зовет! — отвечает Баранцев и резко сворачивает на право на неслышный мне лай собаки. — Пошли быстрее. Пес по соболю гремит…

Мы идем, обходя бурелом и колодник. Вот лай Верного стал слышен и мне. Он все громче, отчетливее…

— Близко! — предупреждает охотник. — Нужно не подшуметь соболюшку… Силуэт лайки на фоне белоснежного снега четок. Заслышав приближение владельца, пес быстро заскакивает на ель, пляшет там, азартно визжит, отвлекая внимание соболя на себя.

Так резвее отстреляем зверьков. Позже следуйте на восток, я выйду на след и догоню вас. Герой лаял под большой сосной, Белка прочно за таилась, я с трудом разглядел ее посреди развилки толстых сучьев.

Он осторожно продвигается вперед, прикрываясь кустарниками и стволами больших деревьев.

Но как ни тихо скрадывает зверька Григорий Матвеевич, хруст снежной корочки выдает его.

Соболь моментально переметывается с верхушки ели на густую крону широкого кедра. Не останавливаясь, он мчится далее по верхушкам деревьев, мелькая на фоне бледно-синего неба темной молнией.

Но не постоянно везет и соболям. Плохой прыжок с высочайшей березы на сучья дальной сухостойной сосны оказывается для зверя роковым: сук, на который он проскочил, не выдерживает его тяжести и обламывается. Вкупе с обломленным суком соболь летит вниз, но до земли не долетает. Высоко подскочив, подоспевший Верный хватает зверя и стискивает зубы.

Когда мы подходим, все уже кончено. Лайка лежит на снегу около добычи, тяжело переводит дыхание и облизывает фронтальные лапы.

— Смотрите, как Верный порезал лапы по чиру. Сейчас он уже не работник, — хмурится Григорий Матвеевич, поднимая соболя. — Нужно кидать охоту, двигаться прямиком к избушке…

Слово Баренцева – закон. Он тут владелец, а я гость. Выбираемся на тропу.

— А почему Герой не участвовал в облаивании соболя? — интересуюсь я на ходу.

— Скажите, Григорий Матвеевич, — спросил я Баранцева в конце охоты, — вы могли бы дать либо реализовать кому-нибудь Верного либо Героя? Он внимательно поглядел мне в глаза, пожал плечами.

— А длительно они могут облаивать зверя?

— Здесь не пожалуюсь. Неважно какая будет лаять до того времени, пока я не приду. Если собак длительно не слышно, приходится находить их след и идти по нему. Уж знаю: они кое-где посадили либо задушили зверя.

Охотничьи рассказы Таежные тропы. белок ей столько не разыскать

Ясное морозное утро к полудню неприметно сменилось сереньким, облачным ноябрьским деньком.

© Г. Г. СосновскийЭнциклопедия охоты :

Мы поначалу пройдем по урману, позже ельниками и к ночи придем в избушку, — улыбаясь, ответил Баранцев. Скоро мы снова услыхали лай,

— Опять Верный. Но на данный момент он облаивает глухаря либо копалуху. На соболя он не так лаял, помните? —спросил Баранцев.

Вправду, тембр лая Верного на данный момент был мягче.

— Идите! — предоставил Григорий Матвеевич.

Я медлительно, осторожно двинулся на собачий лай.

Верный по сути облаивал глухаря, сидячего на маковке высочайшей ели. Выстрел — и птица покатилась по сучьям дерева вниз.

Мы повернули на юго-восток, чтоб выйти к острову хвойного леса на маленьком болоте. В лесу, по словам Баранцева, сегодня отлично уродились семечки ели и кедра, и было потому много белок.

Через сотку метров мы узрели на болоте след большого лося. Лось бежал рысью.

Рядом с его следами показывались отпечатки следов собаки, немного окрашенные кровью. Григорий Матвеевич хмыкнул:

— Осознаете, почему мы не лицезреем и не слышим Героя? Он утром ушел за лосем. А вот и

Верный взял тот же след и пошел на помощь Герою. Сейчас поневоле приходится идти в избушку: собаки придут не скоро, отлично, если к утру, а без их в тайге делать не чего!

Мы добрались до избушки на Карыше часа через полтора, сварили похлебку из глухаря, попили жаркого чая, легли спать.

Лайки заскреблись в дверь лишь только ночкой. Накормив собственных усталых воспитанниц, Григорий Матвеевич бережно оглядел их и смазал им лапы медвежьим салом. Он считает это сало наилучшим инструментом для полного лечения порезов, ран и постоянно держит его в припасе. Медвежье сало стремительно залечивает лапы собак, С утра ни у Верного, ни у Героя уже не было никаких признаков ранений.

Ночкой прошел маленький снегопад. К утру ветер разогнал черную пелену сплошных туч и стих. Наступал тихий, солнечный день Мы опять двинулись в тайгу.

Первым залаял Герои. Мы поторопились к нему, но здесь же в правой стороне oт нас зазвенел глас Верного.

Баранцев тормознул, пристально вслушался в голоса собак и произнес:

— По белкам лают. Идите к Герою, он поближе гремит, а я пойду к Верному.— Смотрите на маковку ели.. — шепчет Баранцев, снимая с плеча ружье. Напрягаю зрение: на одном из сучьев дерева распластался, следя за собакой, драгоценный зверь. — Оставайтесь тут: нас обоих соболь услышит и может кинуться на уход, — предупреждает меня Баранцев.

Упавшего впоследствии выстрела зверя Герой изловил на лету, прикусил и положил на снег. Скоро прогремел выстрел двустволки Баренцева. Минут через 10 он догнал меня.

Охотничьи рассказы Таежные тропы. сало лучшим средством

— Сейчас собакам ход легкий. Снег лапы не портит, не хрустит, подход к зверьку мягче, не как вчера. К вечеру выйдем ночевать в избушку на Бобровке, а завтра пойдем на охоту в большой урман. Там белок побольше и соболишки повсевременно держатся, — гласил Григорий Матвеевич.

А тем временем мимо нас молчком промчался Герой, кого-либо преследуя. Через несколько секунд мы узрели скачущего огромными прыжками соболя. Лайка практически настигала его.

Проскочив через огромную, поваленную ветром сосну, зверь круто свернул вдоль ее ствола к верхушке. Герой понесся огибать дерево с другой стороны. Минуя верхушку сосны, лайка и соболь чуть ли не столкнулись, и собака одномоментно схватила зверя зубами.

— Проворный Герой! Не напрасно ваших лаек считают в районе наилучшими соболятницами! — восхищенно воскрикнул я.

— Да, собаки у меня шустрые. Вялая собака не может работать так проворно по соболю в тайге, ну и белок ей столько не разыскать, сколько моим лайкам,— отозвался Баранцев, аккуратненько укладывая соболя в заплечный берестяной пестерь.

Скоро он снова заспешил на глас Верного. Я остался один. Здесь мне подфартило. Герой загнал на кедр еще 1-го соболя и звал меня ритмичным лаем.

Раненый моим выстрелом соболь упал вниз, где его поджидала напружинившаяся для прыжка лайка.

Подобрав добычу, я отправился по животным и собачьим следам, чтоб выяснить, где лайка отыскала соболя и какое расстояние они промчались.

Небольшой хищник, как выяснилось, завтракал рябчиком, пойманным в снежной лунке. Герой застал зверя на месте трапезы и преследовал с таковой быстротой, что уже через полсотни метров соболь был обязан спасаться от зубов лайки на дереве.

Весь сей день мы охотились очень успешно.

Сейчас я сообразил, что рассказы об только добычливой охоте Баранцева не выдумки.

— Мои собаки работают без помощи других. Друг дружке реально помогают лишь только при охоте на лося либо медведя.

— Пока могу охотиться, ни Героя, ни Верного ни за которую стоимость не отдам. Не рекомендуется мне их ни за какие средства реализовать. Сжился я с ними…

С юга подул теплый ветерок, зашумели, раскачиваясь, кроны хвойных деревьев, воздух повлажнел. Снеговая корка оттаяла, и Верный, пересекая время от времени наш путь, просто шел вскачь, не прихрамывая, как ранешным днем. — Погода сменилась, Григорий Матвеевич, может, продолжим охоту? — спросил я шедшего впереди охотника. — А я уже изменил направление.

12/89 патрон "Супермагнум" со металлической дробью

Что лучше ИЖ-27 либо МР-153 голосуем

МР-94 "Север" Комбинированное ружьё, рассматриваем варианты стволов, что лучше

Comments are closed.